Леонид Фадеев: Зерно — это не сыпучий материал, а беременное существо (БЛИЦ-ИНТЕРВЬЮ)

Леонид Фадеев, директор ООО «Спецэлеватормельмаш»

Травмирование зерна приводит ко многим негативным последствиям: оно теряет свою категорию, ухудшает свое качество при хранении. Такое зерно — открытая столовая для микроорганизмов, среди которых встречаются и ядовитые. Аргументов более чем достаточно для того, чтобы вопросу минимизации травмирования зерна уделять особое внимание, считает директор ООО «Спецэлеватормельмаш» Леонид Фадеев.

Свои идеи и предложения он озвучил участникам международной конференции «Комплексный подход к созданию элеваторного хозяйства» и Elevatorist.com.

Elevatorist.com: Сколько можно потерять на битом зерне?

Леонид Фадеев: Сегодня в мире теряется примерно 30% зерна. Теряется не полностью, а переходит из одной категории в другую. Пищевое зерно для продовольственных нужд вынуждены переводить в фуражное, фуражное зерно — в техническое. А какую-то часть приходится так глубоко утилизировать, что к нему нужно даже закрыть доступ. Вот эта цепочка в целом по миру, не только у нас, составляет где-то 30% от всего производимого зерна. Это огромные потери.

Проблему в одночасье не решить, но необходимо ее понимать. А если ты проблему понимаешь и находишь ответы для ее решения, то будешь в этом направлении действовать. Именно этим занимается наша организация — разрабатывает и производит машины и транспортерные механизмы, не травмирующие зерно.

Elevatorist.com: Какие причины ведут к высокому травмированию зерна?

Леонид Фадеев: К травмированию зерна приводит много факторов. Во-первых, слишком большая цепочка механизмов поступления его от комбайна до загрузки в силос. Во-вторых, много элементов транспортного назначения: нории, шнеки, скребки, которые не могут не травмировать зерно, поскольку вынуждают его принудительно взаимодействовать с твердой поверхностью.

В-третьих, это большое количество машин, которые поэтапно делают очистку зерна, вместо того, чтобы одна машина очищала глубже без предварительной очистки.

В-четвертых, дробление зерна при ссыпании в силосы, это, прежде всего, касается элеваторов с плоским днищем, особенно при необходимости частой загрузки и выгрузки. В таких элеваторах также травмирует зерно опрашивающий шнек, и все равно он до конца не очищает, после него требуется еще ручная доочистка.

Что касается сушек, которые, как правило, совместимы с элеватором, то та пыль, о которой все так много говорят, — это не что иное, как образование пыли в процессе движения зерна сверху вниз, за счет постоянного межзернового трения. Это трение разрушает защитную оболочку, и переводит ее в зерновую пыль. Вот этот длительный процесс движения зерна в стесненных условиях с самого верха до самого низа, и образует зерновую пыль. Но главное при этом не то, что пыль образовалась, а главное то, что зерно при этом оказалось травмированным. А ведь природа предполагает сохранность любой составляющей оболочки зерна. Я не говорю о каких-то сколах или макроразрушениях. Я говорю только о зерновой пыли.

Все это в совокупности и создает большие трудности при хранении зерна. Требуются различные приемы с применением химических средств для подавления жизнедеятельности микроорганизмов. А поскольку основная среда жизнедеятельности организма — это питание зерном и его составляющими — прежде всего зародышем, разрушенной оболочкой, и так далее, то понятно, что сам по себе сегодняшний подход к зерну не отвечает требованиям сегодняшних же технологий, сегодняшних возможностей.

Elevatorist.com: Что в этой цепочке можно сделать, чтобы изменить ситуацию?

Леонид Фадеев: Первое, что можно изменить, — это сократить траекторию движения зерна по сегодняшней традиционной цепочке до минимума. Это можно сделать за счет повышения эффективности зерноочищающих машин, которые за один проход могут очистить зерно до требуемого условиями хранения качества.

Второе. Машины, которые будут работать с зерном, должны быть обязательно щадящими. Надо относиться к зерну не как к сыпучему материалу, а рассматривать каждую зерновочку, как живое беременное существо, природой предназначенное только для воспроизведения самого себя. Природа не предполагала никакой муки, никакого хлеба, никакой каши. А мы к этому зерну относимся как к сыпучему материалу, как к песку речному, как к поваренной соли. Вот этот принцип надо менять.

Я не говорю о семенах. Я говорю о товарном зерне. Тогда с изменением подхода к зерну, сильно уменьшим травмирование, улучшим качество при сохранности зерна, уменьшим затраты, которые необходимо нести для поддержания этого качества при хорошем хранении, и на рынке будем продвигать более веселее свой продукт.

Сегодня в портах стоят корабли, их не разгружают, потому что битая кукуруза дает такую грибковую флору, что ее уже выгружать нет смысла. Она не годится даже для кормовых целей.

Elevatorist.com: Спасибо за уделенное время.

Инна Воробьева, Elevatorist.com

Выполнено с помощью Disqus